О причинах обжалования и пересмотра в кассационном порядке судебных актов, принятых арбитражными судами Волго-Вятского округа в первом квартале 2012 года

А.Г. Пятова,
помощник судьи
Федерального арбитражного суда
Волго-Вятского округа

Важнейшими задачами правосудия являются его доступность и эффективность, которые в первую очередь выражаются в защите нарушенных прав участников экономических отношений. От выполнения этих задач зависит качество отправления правосудия арбитражными судами.

Результаты анализа основных статистических показателей за три месяца 2012 года свидетельствуют о некотором увеличении количества рассмотренных дел. За указанный период Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа рассмотрел 1344 дела по принятым к производству кассационным жалобам, что на 7,1 процента больше, чем в аналогичном периоде прошлого года. Проверив правильность применения арбитражными судами норм материального и процессуального права, окружной суд признал незаконными судебные акты по 93 делам, что составило 6,9 процента от числа рассмотренных.

В процентном соотношении количество отмененных судебных актов практически на одном уровне: 6,9 процента в первом квартале 2012 года по сравнению с 6,6 процента в первом квартале 2011 года. Несколько возросли показатели в отношении дел, направленных на новое рассмотрение: с 51,7 процента в прошлом периоде до 64,4 процента в анализируемом периоде. Можно отметить снижение количества отмененных дел, основанием для открытия которых послужило неправильное применение норм материального права (с 42,3 до 31,5 процента).

Наибольшее число неправосудных решений усматривается по спорам, связанным с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств по договорам; с применением законодательства об административных правонарушениях и о несостоятельности (банкротстве).

Сравнительный анализ результатов рассмотрения арбитражным судом округа дел представлен в таблице.

Статистические данные показывают, что значительным оказался процент дел, направленных на новое рассмотрение. Из 60 таких дел по 18 делам причиной принятия подобного вердикта послужили нарушения норм процессуального права, в том числе рассмотрение дела в незаконном составе судей, отсутствие надлежащего извещения лиц, участвующих в процессе, о времени и месте судебного разбирательства. В 44 случаях основанием для отмены судебных актов и направления дел на новое рассмотрение явилось несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела или имеющимся доказательствам.

• Представление, адресованное не учреждению, а непосредственно его руководителю, не свидетельствует о неподведомственности дела арбитражному суду, так как представления о ненадлежащем исполнении бюджетного процесса при наличии оснований, установленных бюджетным законодательством, выносятся именно руководителям получателей бюджетных средств.

При рассмотрении дела № А38-2579/2010 установлено, что в ходе проверки финансово-хозяйственной деятельности министерства служба финансово-бюджетного надзора выявила нарушения бюджетного законодательства. По результатам проверки служба на основании акта вынесла представление о ненадлежащем исполнении бюджетного процесса. В иске в арбитражный суд министерство основывалось на нарушении своих прав в указанном представлении.

Суды первой и апелляционной инстанций прекратили производство по делу, так как посчитали спор неподведомственным арбитражному суду вследствие того, что оспариваемое представление адресовано не учреждению, а непосредственно должностному лицу и не содержит властных предписаний в адрес министерства.

Кассационная инстанция постановила, что выводы судов ошибочны, и направила дело на рассмотрение по существу.

Согласно пункту 20.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2008 № 60) представления административных органов (должностных лиц), осуществляющих государственный надзор (контроль), об устранении нарушений законодательства, ответственность за невыполнение которых предусмотрена частью 1 статьи 19.5 Кодекса об административных 2правонарушениях Российской Федерации, могут быть оспорены в арбитражном суде в случаях и в порядке, определенных главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оспариваемое представление содержит выводы о незаконном использовании средств республиканского бюджета и требование к руководителю государственного органа о принятии мер по недопущению в дальнейшем фактов нарушения бюджетного законодательства.

То, что представление адресовано не министерству, а непосредственно его руководителю, не свидетельствует о неподведомственности дела арбитражному суду, поскольку, согласно пункту 2 статьи 284 Бюджетного кодекса Российской Федерации, представления о ненадлежащем исполнении бюджетного процесса при наличии оснований, установленных статьей 283 названного кодекса, выносятся именно руководителям получателей бюджетных средств. В данном случае руководитель является органом управления учреждения, действует от имени юридического лица и в его интересах, следовательно, адресованные ему представления налагают обязанности на само учреждение, а не на его руководителя как на физическое лицо.

• Если стороны по делу достигли соглашения о распределении судебных расходов в том числе посредством заключения мирового соглашения, арбитражный суд относит судебные расходы на стороны в соответствии с таким соглашением.

В результате заключения мирового соглашения, достигнутого сторонами, в ходе рассмотрения дела № А31-1929/2011 стороны договорились об отнесении судебных расходов на обе стороны в равных долях.

Общество обратилось в суд за взысканием судебных расходов на оплату услуг представителя в полном объеме, представив в обоснование своего требования договор об оказании юридических услуг, акт об оказании юридических услуг и платежное поручение.

Суды обеих инстанций, удовлетворив требование, указали, что на момент утверждения мирового соглашения расходы на оплату услуг представителя истцом не понесены, вопрос об их распределении не был и не мог быть предметом договоренности сторон.

Вместе с тем суды не учли пункт 3 мирового соглашения, в котором стороны определили, что судебные расходы относятся на обе стороны. Данное соглашение утверждено определением суда, сторонами не оспорено и в части распределения судебных расходов является действующим.

Неправильное применение норм материального права при рассмотрении вопроса о признании права собственности выразилось в неприменении судом первой инстанции статьи закона, подлежащей применению.

• Факт приемки здания в эксплуатацию как объекта, завершенного строительством, подтвержден актом рабочей комиссии, на основании которого правомерно признать право собственности на спорный объект.

Общество зарезервировало за собой на праве аренды земельный участок, на котором построило спортивное здание, и обратилось в регистрационную службу о государственной регистрации права собственности на это здание. Было принято решение об отказе в государственной регистрации и направлено сообщение об отказе в государственной регистрации, в котором истцу указано на то, что объект является самовольной постройкой.

Посчитав, что права Общества нарушены, и сославшись на то, что при возведении спорного объекта не допущено нарушений градостроительных и строительных норм и правил, а эксплуатация спортивной базы не создает угрозы жизни и здоровью граждан, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказав в удовлетворении требования о признании права собственности, суды пришли к ошибочному мнению о том, что объект является самовольной постройкой.

Право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом (часть 1 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ).

рации; далее – ГК РФ). В материалах дела № А28-3214/2011 имеются акт рабочей комиссии о приемке в эксплуатацию законченного строительством здания, сооружения, помещения, акт государственной приемочной комиссии о приемке законченного строительством объекта в эксплуатацию, утвержденный распоряжением главы администрации, договор аренды.

С учетом конкретных обстоятельств рассматриваемого спора, при наличии акта государственной приемочной комиссии о приемке законченного строительством объекта в эксплуатацию, подписанного представителями всех организаций и органов, осуществляющих контроль в сфере строительства, и представляющего собой документ, который подтверждает факт создания объекта недвижимости и удостоверяет, в числе прочего, выполнение строительства в полном объеме в соответствии с проектной документацией, окружной суд счел неправомерным отказ судов первой и апелляционной инстанций в удовлетворении заявленного требования.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций правильно установили все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения данного спора, однако пришли к ошибочному выводу об отсутствии оснований для признания права собственности общества на спорный объект на основании статьи 218 ГК РФ и применили к 4сложившимся правоотношениям сторон закон, не подлежащий применению, а именно статью 222 ГК РФ.

• Расположение на одном диске, являющемся материальным носителем, нескольких самостоятельных объектов интеллектуальной собственности не делает их единым сложным произведением, следовательно, размер компенсации рассчитывается исходя из минимального размера за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности.

В арбитражный суд обратилось общество с иском к предпринимателю о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на использование аудиовизуального произведения.

Суд первой инстанции взыскал с предпринимателя сумму компенсации, установив, что на одном диске расположено 20 самостоятельных охраняемых объектов интеллектуальной собственности, и определил размер компенсации, исходя из минимального размера за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности.

Апелляционная инстанция, сославшись на статью 1263 ГК РФ, оценила действия ответчика как однократное нарушение прав истца на один сложный объект и установила размер компенсации как за единый самостоятельный сложный объект.

Окружной суд не согласился с выводом апелляционного суда, поддержав решение первой инстанции.

Расположение нескольких самостоятельных объектов интеллектуальной собственности на одном компакт-диске, являющемся всего лишь материальным носителем, не делает их единым сложным произведением. Материалами дела подтверждено и судом первой инстанции установлено, что на спорном экземпляре находятся 20 выпусков мультипликационного сериала, представляющих собой самостоятельные объекты интеллектуальной собственности. Выводы суда первой инстанции мотивированы в том числе договорами (лицензионным и сублицензионным), в которых указано, что анимационный сериал состоит из самостоятельных аудиовизуальных произведений.

Ответчик не представил каких-либо убедительных и достоверных доказательств нахождения на диске иного количества объектов интеллектуальной собственности, тем не менее в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции пришел к выводам, не основанным на материалах дела, в результате неправильно применил статью 1301 ГК РФ, фактически уменьшив сумму компенсации до размера ниже низшего предела (дело № А31-4367/2011).

• Мировое соглашение признано недействительным, так как условие соглашения, согласно которому не подлежат начислению проценты на сумму требований к должнику, противоречит действующему законодательству.

Между должником и кредиторами заключено мировое соглашение, в котором предусмотрены рассрочка уплаты долга по обязательным платежам свыше 30 дней и освобождение от уплаты процентов.

Кредиторы обратились в Федеральный арбитражный суд Волго- Вятского округа с заявлением о признании недействительным мирового соглашения, так как оно противоречит законодательству о налогах и сборах.

Суд кассационной инстанции признал мировое соглашение незаконным и отменил судебный акт.

В пункте 7 мирового соглашения прописано, что на сумму требований кредиторов по денежным обязательствам, подлежащих погашению в соответствии с мировым соглашением в денежной форме, а также требований к должнику об уплате обязательных платежей проценты не начисляются. Данный пункт противоречит налоговому законодательству и в соответствии с пунктом 1 статьи 156 Закона о банкротстве является незаконным.

На сумму требований кредиторов по денежным обязательствам, подлежащих погашению в соответствии с мировым соглашением в денежной форме, а также требований к должнику об уплате обязательных платежей начисляются проценты в размере ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату утверждения мирового соглашения арбитражным судом, исходя из непогашенной суммы требований в соответствии с графиком удовлетворения требований кредиторов по мировому соглашению.

Порядок и условия предоставления отсрочки или рассрочки по уплате налога и сбора предусмотрены в статье 64 Налогового кодекса Российской Федерации. Отсрочка или рассрочка по уплате налога может предоставляться на срок, не превышающий один год, соответственно с единовременной или поэтапной уплатой налогоплательщиком суммы задолженности (пункт 1).

При предоставлении отсрочки или рассрочки по уплате налога на сумму задолженности начисляются проценты исходя из ставки, равной одной второй ставке рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действовавшей за период отсрочки или рассрочки, за исключением случаев, если отсрочка или рассрочка по уплате налога предоставлена по основаниям, указанным в подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 64 Налогового кодекса Российской Федерации.

Следовательно, пункт 7 мирового соглашения, согласно которому не подлежат начислению проценты на сумму требований к должнику об уплате обязательных платежей, противоречит налоговому законодательству и в соответствии с пунктом 1 статьи 156 Закона о банкротстве является незаконным (дело № А28-17118/2009).

• Конфискация имущества не может быть применена, если лицо, привлекаемое к ответственности, не является собственником вещей, явившихся орудием совершения или предметом административного правонарушения и изъятых в рамках принятия мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

Прокуратура обратилась в суд с заявлением о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

Решением по делу № А11-2451/2011 заявленное требование удовлетворено, постановлением апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа решение суда первой инстанции и постановление суда отменил в части назначения наказания в виде конфискации электронных аттракционов и направил дело на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Факт совершения обществом административного правонарушения, за которое предусмотрена ответственность частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ, судами установлен правомерно. Вывод судов, что имущество должно быть конфисковано, сделан без правовой оценки представленных в дело договоров аренды о передаче конфискованного имущества во временное пользование (аренду) и является необоснованным.

В силу постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 25.04.2011 № 6-П конфискация не может быть применена, если суд в ходе рассмотрения дела установит, что лицо, привлекаемое к ответственности, не является собственником вещей, явившихся орудием совершения или предметом административного правонарушения и изъятых в рамках принятия мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

При невозможности применения административного наказания в виде конфискации вещи и документы, не изъятые из оборота, подлежат возвращению законному владельцу, а при его неустановлении передаются в собственность государства в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 1 части 3 статьи 29.10 КоАП РФ).

• Последствия невыполнения обязанности за несохранность документации бывшего руководителя должника находятся за рамками состава правонарушения и не требуют доказывания.

Арбитражный суд отказал в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника за несохранность бухгалтерской документации должника, а также за ее передачу конкурсному управляющему. Судебные инстанции пришли к 7выводу, что ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражению в бухгалтерской отчетности достоверной информации, повлекшей невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов и причинение убытков, поэтому сочли необходимым в удовлетворении иска отказать.

В ходе рассмотрения дела № А29-12235/2009 окружной суд установил, что состав правонарушения, предусмотренного пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, является формальным, поэтому последствия невыполнения обязанности бывшего руководителя должника, предусмотренной названной нормой, находятся за рамками состава правонарушения и не требуют доказывания.

Пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве, корреспондирующий нормам об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете») с учетом обязанности руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), направлен на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Суды обеих инстанций не дали оценки действиям руководителя Общества с учетом приведенной нормы права, а также не исследовали вопрос о размере субсидиарной ответственности руководителя, и дело направлено на новое рассмотрение.

• Ошибочность судебных актов установлена по ряду дел с применением законодательства об энергоснабжении.
  • Решением первой инстанции удовлетворено требование о взыскании задолженности по оплате поставленной тепловой энергии, так как представленный истцом расчет долга, размер которого определен с применением тарифа на тепловую энергию, установленного без налога на добавленную стоимость (далее НДС) и дополнительно начисленного НДС к тарифу, признан правильным.

Апелляционная инстанция посчитала неправомерным включение ресурсоснабжающей организацией НДС в расчет стоимости коммунального ресурса, поставляемого для населения, и изменила решение в этой части.

Кассационная инстанция поддержала решение суда первой инстанции.

Суды правомерно руководствовались статьей 157 Жилищного кодекса Российской Федерации и пришли к правильному выводу о том, что при 8разрешении спора объем и стоимость поставленной энергии должны рассчитываться исходя из нормативов потребления коммунальных услуг и тарифов, установленных для граждан.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога. Сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком покупателю товаров (работ, услуг), исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля цен (тарифов).

В пункте 1 постановления № 72 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с расчетами за коммунальные ресурсы» дано разъяснение о том, что, согласно правилам главы 21 Налогового кодекса Российской Федерации, реализация коммунальных ресурсов ресурсоснабжающими организациями исполнителям коммунальных услуг облагается НДС, в связи с чем на основании пункта 1 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации при выставлении счетов за реализуемые коммунальные ресурсы ресурсоснабжающая организация обязана предъявить к оплате покупателю этих ресурсов (исполнителю коммунальных услуг) соответствующую сумму НДС.

Материалами дела подтверждено, что из постановлений по установлению тарифов усматривается, что тарифы на тепловую энергию, поставляемую на цели отопления и горячего водоснабжения населения, установлены для потребителей услуг без учета НДС, что противоречит законодательству.

На основании изложенного предъявление в данном случае исполнителю услуг к оплате дополнительно к регулируемой цене (тарифу) соответствующей суммы НДС является правильным (дело № А82-4056/2011).

• Предприятие по условиям договора обязалось подавать тепловую энергию управляющей организации (абоненту), а последняя обязалась принять и своевременно оплатить. Поводом для обращения в суд явилось наличие задолженности по оплате услуг.

Отказав в удовлетворении требования о взыскании долга, суд первой инстанции сослался на необоснованность расчета истца ввиду невозможности определить фактический объем энергии, потребленной абонентом. Суд установил, что в домах отсутствуют общедомовые приборы учета. Апелляционная инстанция поддержала позицию суда первой инстанции.

Суд округа посчитал необходимым удовлетворить кассационную жалобу и направить дело № А82-1288/2010 на новое рассмотрение в силу следующего.

Как следует из материалов дела, разногласия у спорящих сторон возникли по поводу порядка определения объема тепловой энергии, 9переданной теплоснабжающей организацией абоненту. Расчет истца составлен в соответствии с пунктом 19 Правил предоставления коммунальных услуг гражданам № 307, исходя из площади помещений и норматива потребления коммунальных услуг. Применение данного способа расчета поставленного коммунального ресурса обусловлено отсутствием надлежащего прибора учета. Согласно представленному истцом расчету стоимость поставленного в 2008 году ресурса составила 264 922 280 рублей 84 копейки.

При отсутствии приборов учета вопрос о методе определения количества коммунального ресурса (тепловой энергии и теплоносителя), приобретенного управляющей компанией в целях его потребления жителями управляемых такой компанией жилых домов, должен решаться исходя из установленных органами местного самоуправления нормативов потребления коммунальных услуг населением, которые, согласно приложению № 2 к Правилам № 307, учитываются при расчете размера платы за соответствующие коммунальные услуги.

Следовательно, поскольку ответчик является исполнителем коммунальных услуг и приобретаемая им тепловая энергия используется для оказания гражданам, проживающим в находящихся в его управлении жилых домах, коммунальных услуг по отоплению и горячему водоснабжению, вывод судов о недоказанности истцом размера долга без учета проверки его соответствия указанным нормам права противоречит нормам права.

Вопрос о количестве потребленной электрической энергии при отсутствии приборов учета должен решаться исходя из установленных нормативов потребления коммунальных услуг. Указанный вывод соответствует правовой позиции, сформулированной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.06.2009 № 525/09 и от 15.07.2010 № 2380/10.

Как следует из материалов дела, при расчете объема поставленного коммунального ресурса по нормативам стороны приходили к различным результатам. Судами не исследовался вопрос обоснованности и достоверности произведенных сторонами расчетов, и дело направлено на новое рассмотрение.

• При применении налоговых вычетов должно учитываться функциональное назначение строящегося объекта, а не степень его завершенности.

В ходе проверки налоговая инспекция установила, что общество неправомерно предъявило к вычету налог на добавленную стоимость по объекту незавершенного строительства, на основании чего вынесено решение о привлечении общества к налоговой ответственности в виде штрафа за неуплату налога и предложено уплатить НДС и налог на прибыль.

Арбитражный суд по делу № А79-2511/2011 удовлетворил иск общества о признании недействительным решения налоговой инспекции и пришел к выводу о правомерном применении вычета по НДС.

Рассмотрев кассационную жалобу, Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа удовлетворил ее.

Суды неправомерно признали наличие у общества права на вычет по НДС по следующим основаниям.

В силу подпунктов 22 и 23 пункта 3 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) на территории Российской Федерации операции по реализации жилых домов, жилых помещений, а также долей в них и передаче доли в праве на общее имущество в многоквартирном доме при реализации квартир.

В соответствии с пунктом 5 статьи 149 Кодекса налогоплательщик, осуществляющий операции по реализации товаров (работ, услуг), предусмотренные пунктом 3 статьи 149 Кодекса, вправе отказаться от освобождения таких операций от налогообложения, представив соответствующее заявление в налоговый орган по месту своей регистрации в качестве налогоплательщика в срок не позднее 1-го числа налогового периода, с которого налогоплательщик намерен отказаться от освобождения или приостановить его использование.

Основанием к доначислению спорной суммы налога на добавленную стоимость, соответствующих сумм пеней и штрафа послужил вывод инспекции о неправомерном применении обществом налоговых вычетов сумм налога на добавленную стоимость, уплаченных подрядным организациям, за работы, приобретенные для совершения операций, не облагаемых налогом на добавленную стоимость в соответствии с подпунктами 22 и 23 пункта 3 статьи 149 Кодекса.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды установили, что, завершив подготовительный этап строительства жилого дома со встроенными нежилыми помещениями, результатом которого является фундамент, и зарегистрировав право собственности на объект незавершенного строительства, общество приняло к вычету спорные суммы налога на добавленную стоимость.

Суд кассационной инстанции принял во внимание функциональное назначение строящегося объекта, а не степень его готовности (завершенность или незавершенность строительства) и, руководствуясь положениями подпунктов 22 и 23 пункта 3 статьи 149 Кодекса, признал неправомерным применение обществом названных налоговых вычетов. Заявления об отказе от освобождения от налогообложения товаров, предусмотренных названной нормой, общество в инспекцию не представляло.

• Договор купли-продажи не может являться основанием для замены взыскателя, так как признан ничтожным.

На земельном участке, предоставленном предприятию администрацией на праве аренды, предписано снести самовольные постройки общества «Н». Постановлением судебного пристава исполнительное производство окончено в связи с фактическим исполнением исполнительного производства.

Общество заключило договор купли-продажи спорного земельного участка и нежилых зданий с администрацией. На основании ходатайства общества было возбуждено исполнительное производство. Общество обратилось в суд с заявлением о замене взыскателя в порядке процессуального правопреемства.

Суд определением отказал в удовлетворении данного заявления, посчитав, что кадастровые номера и площади участка, находившегося в аренде у предприятия и приобретенного обществом, не совпадают, следовательно, невозможно достоверно установить, нарушены ли права общества самовольными постройками другому обществу и является ли общество правопреемником предприятия.

Апелляционная инстанция отменила определение и произвела замену взыскателя, сделав вывод о том, что земельный участок, находившийся в аренде у предприятия и приобретенный обществом, является одним и тем же объектом недвижимости, при этом сведений о прекращении исполнительного производства по сносу самовольных построек и о фактическом исполнении исполнительного документа в деле не имеется.

Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа счел вывод апелляционной инстанции неправомерным.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Из указанной нормы права следует, что правопреемство возможно при реорганизации юридического лица, уступке требования, переводе долга, смерти гражданина и других случаях перемены лиц в обязательствах, однако в рассматриваемом споре ни одно из перечисленных условий не наступило, поскольку общество приобрело в собственность имущество по договору купли-продажи, то есть возникло новое обязательство, а не перемена лиц.

Кроме того, мировым соглашением договор купли-продажи земельного участка признан ничтожной сделкой в соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ.

С учётом изложенных обстоятельств упомянутый договор не может являться основанием для замены взыскателя (дело № А43-19681/2004).

• Последний судебный акт, вынесенный по делу, вступил в законную силу до вступления в силу Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ, и действовавшее в тот период арбитражное процессуальное законодательство не содержало временного ограничения на подачу заявления о судебных расходах, поэтому отказ суда в удовлетворении требования о взыскании судебных расходов со ссылкой на часть 2 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции указанного закона) неправомерен.

Суды отказали арбитражному управляющему в удовлетворении требования о взыскании с уполномоченного органа расходов по делу о банкротстве, указав на пропуск им шестимесячного срока на подачу заявления и непредъявление ходатайства о его восстановлении, что допускается частью 2 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Между тем суды не учли следующее.

Согласно части 2 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации») заявление по вопросу о судебных расходах, понесенных в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде первой, апелляционной, кассационной инстанций, рассмотрением дела в порядке надзора, не разрешенному при рассмотрении дела в соответствующем суде, может быть подано в арбитражный суд, рассматривавший дело в качестве суда первой инстанции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела по существу. Пропущенный по уважительной причине срок подачи такого заявления может быть восстановлен судом.

До вступления в силу Федерального закона № 228-ФЗ нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не устанавливали какого-либо срока для подачи заявления по не разрешенному при рассмотрении дела в соответствующем суде вопросу о судебных расходах, понесенных в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде первой, апелляционной, кассационной инстанций, рассмотрением дела в порядке надзора. При рассмотрении подобных заявлений суды применяли положения об общем сроке исковой давности в три года.

Федеральным законом № 228-ФЗ в часть 2 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации внесены изменения: установлен исчисляемый со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела по существу, шестимесячный срок для подачи названного заявления, который в случае, если он пропущен по уважительной причине, может быть восстановлен.

В рассмотренном случае последний судебный акт, вынесенный по делу от 05.03.2010, вступил в законную силу 05.03.2010, то есть до вступления в силу Федерального закона № 228-ФЗ. Действовавшее в тот 13период арбитражное процессуальное законодательство не содержало временного ограничения на подачу заявления о судебных расходах.

В связи с этим применение к заявлению арбитражного управляющего о взыскании судебных расходов по делу, последний судебный акт по которому вступил в законную силу до вступления в силу Федерального закона № 228-ФЗ, шестимесячного срока, исчисляемого со дня вступления в законную силу последнего судебного акта по делу, означало бы придание закону обратной силы при отсутствии в законе специального указания об этом. Такое толкование нового правового регулирования лишило заинтересованных лиц возможности защитить свое имущественное право на взыскание судебных расходов (дело № А28-343/2006).

• Инспекция не имела процессуальной возможности обратиться с требованием о взыскании расходов, которые она отнесла к убыткам в рамках дела о банкротстве, так как они образовались после завершения конкурсного производства.

Общество признано банкротом, в отношении его завершено конкурсное производство, и с налоговой инспекции взысканы расходы, связанные с проведением в отношении должника конкурсного производства. Налоговая инспекция посчитала понесенные расходы убытками и обратилась в суд с иском.

Руководствуясь статьями 56 и 399 ГК РФ, статьями 2, 9 и 10 (пунктами 2, 6) Закона о банкротстве и пунктом 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что названное требование не может быть заявлено в рамках обычного искового производства, поскольку это требование подлежит рассмотрению исключительно в рамках дела о банкротстве на стадии конкурсного производства, и оставили исковое заявление без рассмотрения. Суд апелляционной инстанции указал, что налоговому органу следовало своевременно (до момента окончания процедуры банкротства) воспользоваться правом на подачу иска о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

Суд округа посчитал выводы судов неправомерными в силу следующего.

Из материалов дела усматривается, что убытки, которые налоговый орган просит взыскать, хотя и связаны с делом о банкротстве, образовались после его завершения. Следовательно, инспекция понесла расходы, которые она отнесла к убыткам, уже после завершения конкурсного производства, введенного в отношении должника, поэтому не имела процессуальной возможности обратиться с таким требованием в рамках дела о банкротстве (дело № А17-2419/2011).

Опубликовано: 28.08.2013 14:51 Обновлено: 28.08.2013 14:52